Казалось бы, тонкое облако должно тонуть в темноте. А тут наоборот: оно полыхает. Почти пустое пространство, всего несколько атомов в кубическом сантиметре, вдруг загорается лиловым и оранжевым, когда в него врезаются невидимые фотоны от близких горячих звёзд и далёких галактик.
Самое удивительное здесь даже не цвет, а то, как сходится энергия. Массивные звёзды отдают большую часть своей мощности в виде жёсткого ультрафиолета, который глаз не видит. Но этого излучения хватает, чтобы выбивать электроны из атомов водорода и кислорода в межзвёздной среде. Астрофизики называют это фотоионизацией и радиационной рекомбинацией. Потом свободные электроны возвращаются обратно и газ испускает строго определённые спектральные линии — в том числе линию водорода и линии дважды ионизованного кислорода. Из них и собирается яркое, нитевидное свечение. В обычный телескоп сами звёзды уже почти теряются на фоне, а переработанный свет забирает всё внимание.
Тут и кроется главный трюк: облако ведёт себя не как безвольный туман, а скорее как гигантский люминесцентный экран. Почти как лампа дневного света, где ультрафиолет превращается в видимое сияние, только в космическом масштабе. Газ настолько разрежён, что фотоны проходят огромные расстояния, прежде чем поглотятся, и поэтому свечение растягивается в громадную сеть ионизованного газа, повторяя магнитные поля и перепады плотности. Выигрывает оно не потому, что само производит больше энергии. Просто собирает невидимое излучение в узкий, ослепительный рисунок на небе.
