Этот зелёный свет не имеет ничего общего с чарами. Под плотной кроной солнечный луч приходит уже изменённым: хлорофилл забирает большую часть красного и синего спектра, а зелёные волны легче проходят сквозь листья или рассеиваются вниз. Цвет словно собирается у земли. Особенно густым он становится там, где несколько ярусов листвы превращают небо в размытый зелёный фонарь.
Всё решает устройство кроны. Наклон листьев, их плотность, влажность, просветы между ветвями — от этого зависит, что свет поглотит, отразит, пропустит или отправит в сторону. Густая листва не производит зелёный свет, просто его доля становится заметнее. Листья работают как избирательные заслонки. Лучи ещё и многократно перескакивают между поверхностями, прежде чем добраться до нижнего яруса. Там может усиливаться и дальнее красное излучение: через фитохром оно меняет поведение растений, предупреждая молодые ростки, что сверху уже стоят конкуренты. У тени есть своя химия.
Правда, это впечатление быстро меняется. Порода деревьев, высота солнца, облака, светлая или тёмная почва, точка, с которой смотришь, — всё способно резко сдвинуть оттенок. У леса нет одного вечного изумрудного цвета. Глаз тоже вмешивается: он сравнивает соотношение волн, а не просто считает световые частицы. На фоне темноты отфильтрованная зелень кажется насыщеннее, чем показал бы прибор. Достаточно смениться погоде — и эффект рассыпается. Но под кронами он всё равно работает безотказно.
