Для этой пульсации не нужен дирижёр. Когда две скрипки тянут ноты немного разной высоты, каждая с постоянной громкостью, их звуковые волны накладываются друг на друга и создают биения. Общий звук то усиливается, то ослабевает, хотя ни один инструмент сам по себе так не звучит. Из ровного звучания возникает ощущение движения. Неожиданность здесь не в движении смычков, а в том, как взаимодействуют волны.
Всё дело в небольшом различии частот. По принципу суперпозиции изменения давления, создаваемые обоими инструментами, складываются в точке, где находится слушатель. При этом волны постоянно смещаются относительно друг друга во времени, поскольку одна колеблется чуть быстрее другой. Когда они совпадают, то усиливают друг друга. Если максимумы давления обеих волн приходятся на один момент, конструктивная интерференция увеличивает общую амплитуду; если максимум одной волны совпадает с минимумом другой, деструктивная интерференция её уменьшает. Музыкантам ничего менять не нужно. При равных амплитудах и идеальных чистых тонах волны могут полностью погасить друг друга. Но в звуке настоящих скрипок есть гармоники, а уровни звука от двух инструментов у ушей слушателя редко бывают совершенно одинаковыми.
Эти колебания громкости дают полезную подсказку. Для двух близких частот частота биений равна их разности: тоны с частотами четыреста сорок и четыреста сорок два герца дают два усиления громкости в секунду. Чем меньше разница, тем медленнее пульсация. Когда музыканты сближают высоту нот, биения становятся реже и помогают на слух настроить инструменты, не меняя громкость игры. Расстояние усложняет восприятие. Отражения звука и положение слушателя могут влиять на то, насколько отчётливо слышна пульсация, а гармоники скрипок — создавать дополнительные биения. Пока оба смычка ведут ровный звук, воздух продолжает выдавать расхождение, слишком малое, чтобы его увидеть.
