С виду луковица будто отжила своё. Сухая бумажная оболочка, горшок, ни одного листа — скорее забытая домашняя вещь, чем живое растение. Но под этой неподвижной оболочкой амариллис хранит запас углеводов в мясистых чешуях. Ему нужны вода, тепло и подходящий сигнал, чтобы снова тронуться в рост.
Никакой мистики. Просто точный внутренний расчёт. Накопленные углеводы идут на клеточное дыхание и дают энергию, когда у основания луковицы начинают делиться и вытягиваться клетки. Поэтому цветонос способен подняться ещё до того, как новые листья успеют пополнить запасы за счёт света. Кажется, будто порядок перепутан. На самом деле всё именно так и задумано.
Луковица рискует, но не бездумно: тратит то, что листья заработали раньше. Сахара превращаются в корни, листья, стебель и нередко в крупный цветок. Толстые чешуи служат ей и кладовой, и защитой. Если заставлять амариллис цвести снова и снова, не давая листьям нормально расти, запас истощится. После цветения важнее всего свет у окна и обычный полив. Без спасательных спектаклей. Из земли покажется зелёное копьё — и в нём будет жить прошлое лето.
