Чёрная вода умеет обманывать. Там, куда не добирается солнечный свет и где давление быстро отучает от привычного комфорта, животные обмениваются щелчками, низкими зовами и точно выверенными вспышками. Бездна не безмолвна — она забита сигналами, которые человек почти никогда не улавливает. В темноте кипит жизнь. Иногда всё решает одно: успеть достучаться до нужного адресата и не выдать себя другому.
Тишина — скорее привычка поверхности. В морской воде звук идёт далеко, поэтому киты и рыбы могут общаться там, где свет уже бесполезен. Щелчки помогают ощупать пространство эхом, зовами отмечают территорию, ищут пару или не дают группе распасться. Вода хорошо переносит сообщения. А ещё многие обитатели считывают вибрации: малейшая перемена давления превращается в тревогу, направление или приглашение. Порой дрожь воды сообщает о чьём-то присутствии раньше, чем его удаётся увидеть.
Старая картинка мёртвой темноты не выдерживает проверки. Свечение в глубине — не украшение. Световые органы и химические реакции с люциферином и люциферазой позволяют предупреждать, заманивать добычу, скрывать силуэт или узнавать партнёра, когда привычные ориентиры исчезли. Одни существа подсвечивают себя снизу, чтобы раствориться на фоне света сверху. Другие посылают сине-зелёные импульсы — сопернику на отбой или кому-то нужному поближе. Темнота не отменяет общение. Она просто говорит другим алфавитом.
